А.Н.ГОЛЕНКОВ

Белеет ПРАВДА одиноко

повесть








Светлой памяти Бориса Васильевича Федотова



ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.  АРСЕНИЙ КРЕМНЁВ

(Притча)

И поспорили Правда с Ложью, кто из них нужнее людям.
И решили они узнать истину у самих людей.
Сначала пошла к людям Правда. Там, где появлялась она, нарушался людской покой. Честный разоблачал нечестного, правдивый уличал неправдивого, верный выводил на чистую воду неверного. Возникали распри, схватки и даже войны.
Пошла к людям Ложь. Воцарился покой. Ибо честные, правдивые и верные молчали о нечестности, несправедливости и неверности.
И встали пред людьми Правда и Ложь. И вопросили: "Кто вам нужнее, люди?"
И люди ответили: "Ты, Ложь! С тобою покойнее".
И осталась с людьми Ложь.
А оскорбленная Правда взлетела на самую высокую гору. Там и обитает до сих пор.
Достигнуть её могут только самые смелые, мужественные и выносливые.

Глава 1.  ПИСЬМО

"Нежная Правда в красивых одеждах ходила,
Принарядившись для сирых блаженных калек.
Грубая Ложь эту Правду к себе заманила:
Мол, оставайся-ка ты у меня на ночлег.
И легковерная Правда спокойно уснула,
Слюни пустила и разулыбалась во сне.
Хитрая Ложь на себя одеяло стянула,
В Правду впилась и осталась довольна вполне".

"Здравствуй, друг мой Арсений!

Получила твое письмо с очередным номером "Патриотки". Газета хороша! Особенно публикации Владимира Бушина. Молодец ветеран-фронтовик, талантливый журналист, не предавший наших идеалов! Здорово он из номера в номер разделывает нас, интеллигентов-изменников! Только, скажу прямо, всё это - выстрелы из пушки по воробьям. Только для истории.

А основная масса просто выживает. И ничего ни о чем не хочет знать. А молодежи надо только пива и зрелищ. Прав поэт-бард Леонид Корнилов: "Нас тихо свернули, чтоб жили угарно и матерно крыли Отчизну свою".

Так и живет основная масса, особенно молодые. А старшее поколение замолчало, сжав ладонью сердце, чтобы придерживать его мерцательную аритмию, и только глухо вспоминает, как жилось при советской власти.

На днях приезжала к родителям в гости в наш город моя бывшая студентка. Она тогда ещё вышла замуж за сирийского офицера и живет с тех пор в Сирии. У них уже трое детей. Муж сейчас занимает там высокий пост. Я была поражена её знаниями о том, что творится у нас. Даже не столько знаниями, сколько оценкой происшедшего и происходящего у нас. С её слов, высокопоставленные сирийские круги, куда её муж вхож, оценивают происшедшее у нас однозначно: "Русские за Макдональдсы отдали свои великие достижения, свой мировой авторитет". Происходящее у нас им тоже понятно. Всё ясно. Им. Но не нам. Наше большинство живёт по принципу "Воруй, Россия!". Или - "Подворовывай, Россия!". Мы, мол, интеллигенция. Да какая мы, к чёрту, интеллигенция! Главный признак интеллигенции: сопричастие к бедам народа. А мы, в лучшем случае, молчаливые наблюдатели, если не хулители всего советского прошлого.

Сломан хребет. Нет силы. А сердце разрывается на части от тоски и бессилия...

Плетью обуха не перешибешь. Так перед кончиной говаривал Борис Васильевич.

Наверное, он был прав..."

Арсений, окончив чтение, задумался.

Автор письма Тамара Петровна Горюнова, идейный друг, с полгода как переехавшая на постоянное жительство из подмосковного городка Д. в областной город П., где родилась, училась, какое-то время работала, отвыкала от Д. с трудом. Здесь она прожила двадцать лет, работая доцентом в физико-техническом вузе на кафедре научного коммунизма, которую возглавлял профессор Борис Васильевич Федосов, безвременно ушедший из жизни в самом начале перестройки. "Плетью обуха не перешибёшь", - стал говаривать он незадолго перед кончиной...

Арсений погрузился в воспоминания.




Глава 2.  ФИЗТЕХ, ГОД 1988-й

"И поднялась, и скроила ей рожу бульдожью:
"Баба как баба, и что её ради радеть?
Разницы нет никакой между Правдой и Ложью,
Если, конечно, и ту, и другую раздеть".
Выплела ловко из кос золотистые ленты
И прихватила одежды, примерив на глаз.
Деньги взяла и часы, и ещё документы,
Сплюнула, грязно ругнулась и вон подалась".

С весны по осень 1988 года большинство преподавателей и студентов Физтеха жили процессом "брожения умов", вызванного статьей преподавательницы ленинградского технологического вуза Нины Андреевой "Не могу поступаться принципами", опубликованной в газете "Советская Россия" 13 марта 1988 года. Им показалось, что с перестройкой они переходят в новую, невиданно прекрасную жизнь, но эта статья ставит на их пути шлагбаум. А посему они должны "бороться". С кем конкретно и каким образом "бороться", они не знали и знать не желали. О том, как и для чего могла появиться такая "статья", никто не задумывался.

Газета "Комсомольская правда" от 23 июля 1988 г. Статья "О плюрализме мнений":

"60 процентов студентов одобряет критику в печати культа личности Сталина.

4 апреля. Методологический семинар. Впервые в истории Физтеха ученое собрание было посвящено обсуждению газетной статьи. Одни рассказывали, что не могут поступаться принципами, а другие доказывали, что принципы эти немного устарели.1

Из рядов скромно поднялся пятикурсник. Он обратился к идейному вдохновителю обсуждения, заместителю секретаря парткома, профессору Б.В. Федосову и сказал ему примерно следующее:

- Борис Васильевич, если вы целиком и полностью поддерживаете эту статью, то я не знаю, как можете вы заниматься идеологией в институте и руководить кафедрой.

Пятикурснику ещё предстояло сдавать госэкзамен по научному коммунизму. Своё мнение он высказал профессору, заведующему именно этой кафедрой.

Кроме того, ещё восемнадцать преподавателей выступили с резкой критикой статьи Нины Андреевой в "Советской России" и против намерения парткома проверить по ней весь курс общественных наук.

Расклад сил в институте получился интересный: партком, размножающий на ксероксе статью Нины Андреевой, неформальное общество "Память" и ... спорящий с ними комитет комсомола.

Аспирант, член КПСС, заместитель секретаря комитета комсомола по идеологии Саша Царёв стал постоянным оппонентом заместителя секретаря парткома по идеологии профессора Б.В.Федосова.

Скажем, в отличие от Федосова, Царёв уверен, что в институте довольно широко распространены идеи "Памяти".

Когда комитет комсомола договорился с историко-архивным институтом о курсе лекций "Социальная память человечества", состоялось всего три встречи. Четвертая лекция по настоянию парткома была отменена. Четвертую лекцию должен был читать ректор историко-архивного института, доктор исторических наук Ю.Афанасьев.2 "Нам исторический мусор в головы студентов мести не нужно", - сказал по этому поводу Б.В. Федосов.

Мнения разошлись. И это прекрасно. В конце концов каждый из нас волен иметь свою точку зрения, право на инакомыслие.3 Заблуждается, допустим, Саша Царёв - ему помогут советом, подскажет тот же профессор Федосов. А если заблуждается сам профессор? Каким образом комитету комсомола отстаивать свою правоту?4 Надо быть смелее? Добиваться своего? Саша Царёв попробовал. Дело кончилось выговором.

Выговор дали за то, что на вывешенном красочном объявлении о встрече с редакцией журнала "Наш Современник" он приписал авторучкой фразу: "Встреча организована сторонниками общества "Память".

Встреча действительно была организована группой студентов, разделяющих взгляды этого общества. Выговор Саше объявили за "разжигание страстей". А Саша и не разжигал бы, когда б его не удивило следующее обстоятельство: ему партком не разрешил организовать общеинститутскую дискуссию с лидерами "Памяти", а "памятным" ребятам с легкостью позволили провести елейную встречу с журналом "Наш Современник". И это - плюрализм мнений?

Может быть, Саша не был настойчив, а его доводы в пользу необходимости такой дискуссии неубедительны? Может быть. Зачем вообще комитету комсомола согласовывать с парткомом свои мероприятия? "Привычка", - ответил Саша.5

А не так давно Саша Царёв ещё раз получил наглядный урок того, что может сотворить слово, даже брошенное всуе. Проректор Физтеха М.Т.Новиков поделился на страницах "Огонька" сокровенным:

"...правомерно ли судить о каких-то военных просчетах, а тем более о "преступлениях" И.В. Сталина, перед которым вольно или невольно вытягивались по стойке "смирно" даже такие руководители великих держав, как Франклин Рузвельт и Уинстон Черчилль".

Мнение Новикова вызвало другие мнения: полтора месяца в комитете комсомола не утихал телефон. Звонили десятиклассники - будущие абитуриенты. Они делились своими впечатлениями от прочитанного, а затем неизменно сообщали, что передумали поступать в Физтех.6

С. Коршунов"



Физтеховская газета "За науку" от 30 сентября 1988г.

"По поводу статьи "О плюрализме мнений" высказывается профессор, заместитель секретаря парткома по идеологической работе Б.В. Федосов.

Статья С.Коршунова "О плюрализме мнений" вызывает недоумение. Создается впечатление, что её кто-то "организовал" в неблаговидных целях. Корреспондент "Комсомольской правды" С.Коршунов ни с кем, кроме А.Царёва, в институте не встречался и не разговаривал.

Начнём по порядку. Автора статьи заинтересовало обсуждение на общеинститутском методологическом семинаре статьи Н.Андреевой "Не могу поступаться принципами". Автору не нравится, что газетная статья была размножена в институте на ксероксе. Возможно, он считает, что и печатать в газете её было не нужно. Думаю, что такая точка зрения как раз и противоречит плюрализму мнений, о котором он печётся. Выход статьи Н.Андреевой как раз подтвердил, что есть он, этот самый плюрализм сейчас у нас.

Статья, которая обсуждалась на семинаре, была опубликована в газете ЦК КПСС "Советская Россия". Написала её преподаватель технического, т.е. сходного с нами, вуза г.Ленинграда. Было бы странным, если б мы её не обсудили. Никто парткому на этот счёт никаких указаний не давал. Ну, а для того, чтобы обсуждали её со знанием дела, она была размножена на ксероксе. Ведь не каждый выписывает или покупает газету "Советская Россия". Статья была вынесена на методологический семинар не для одобрения или осуждения, а для обсуждения. И, мягко говоря, домыслом С.Коршунова является его утверждение, что у парткома были намерения через это обсуждение "выверить по ней весь курс общественных наук". В этом деле партком не нуждается ни в статье Н.Андреевой, ни в советах С.Коршунова. Весь же ход обсуждения как раз и шел в духе подлинного плюрализма.

В освещении хода семинара С.Коршунов допускает домыслы и искажения. Так, не называя фамилии студента (выступало несколько студентов и не с одинаковых позиций), он сообщает следующее: "Из рядов скромно поднялся пятикурсник. Он обратился к идейному вдохновителю обсуждения, заместителю секретаря парткома профессору Б.В. Федосову и сказал примерно следующее: "Борис Васильевич, если вы целиком и полностью поддерживаете эту статью, то я не знаю, как можете вы заниматься идеологией в институте и руководить кафедрой".

Что можно на это сказать? Во-первых, ни автору из "Комсомолки", ни кому-либо вообще я никогда не говорил, что "целиком и полностью" поддерживаю статью Н.Андреевой. Такое выражение я вообще не употребляю, считаю его смешным. В выступлении на семинаре я сказал, что статья поверхностная и с рядом её положений не согласен. Но призыв автора к ответственному освещению нашей истории - призыв правильный. Во-вторых, само по себе высказывание студента (если оно было) является ошибочным, ибо выражает нетерпимость к другим взглядам, что противоречит принципу плюрализма мнений. Больше того, напрямую связывая мнение человека с возможностью занимать ту или иную должность, данное высказывание по существу означает предложение внести запрет на профессии по критерию отношений к статье Н.Андреевой. Убеждён, что и тот, кто "целиком и полностью" поддерживает эту статью, может успешно выполнять свою работу, и не хуже того, кто её не поддерживает.

Совершенно нелепы попытки С.Коршунова связать партком с обществом. "Память". В институте такой организации нет. Взгляды "Памяти" никакого влияния на его коллектив не оказывают. Да и вообще идеи "Памяти" у нас смутно представляют лишь некоторые. Представители этого общества в печати не выступают. Видимо, этот пробел в нашем плюрализме и пытался заполнить А.Царёв, зам. секретаря комитета комсомола, который хотел эту "Память" привести в институт, организуя встречу с её лидером Д. Васильевым.

В небольшой сравнительно статье автор допустил немало противоречий. Например, идёт вроде полемика в институте: "Партком, размножающий на ксероксе статью Нины Андреевой, с одной стороны, и спорящий с ними комитет комсомола, якобы с другой". В действительности никакого такого противоречия между парткомом и комитетом комсомола у нас нет, также как и другого рода полемики. Утверждение же, что партком и общество "Память" заодно, абсурдно. Автор сам себя опровергает, сообщая, что партком запретил организацию встречи с лидерами "Памяти". Получается, не допустил своего союзника. Кстати, партком просто выразил сомнение в целесообразности такой встречи, а не запрещал её.

Не запрещал партком также и встречи с ректором историко-архивного института Ю.Афанасьевым. Просьб со стороны комитета комсомола не поступало. В партком обращалась по этому поводу преподаватель Т.В.Белова. В беседе с ней я действительно сказал, что нести мусор в головы студентов считаю не нужным. В статье к слову "мусор" добавлено слово "исторический". Это уже отсебятина С.Коршунова. Взгляды Ю.Афанасьева известны. Он часто выступает в печати. Снова они недавно были обнародованы в газете "Правда" 27 июля 1988 г. Он снова подтвердил своё убеждение, что социализма в СССР не было и нет, даже "деформированного". Конечно, профессор Ю. Афанасьев вправе, оставаясь при этом ректором исторического института, в полном соответствии с нашим плюрализмом придерживаться тех или иных взглядов на историю, но вот есть ли срочная необходимость широко пропагандировать его весьма спорные взгляды на историю?

С. Коршунов ставит вопрос, зачем вообще комитет комсомола согласовывает подобные приглашения с парткомом? На этот вопрос зам. секретаря комитета ВЛКСМ, член КПСС А. Царёв скромно отвечает: "Привычка", - "забывая" при этом, что комсомол работает под руководством партии, что закреплено и Уставом ВЛКСМ, и Уставом КПСС.

Странную позицию занял автор статьи в "Комсомолке" и по отношению к встрече коллектива института с редакцией журнала "Наш Современник". Вот, дескать, встречи с "Памятью" и с Ю. Афанасьевым не разрешили, а "памятным ребятам" позволили провести "елейную встречу" с журналом "Наш Современник". Здесь С. Коршунов ставит на одну доску экстремистов из "Памяти" и двадцать популярных советских писателей и поэтов. Да и выражения-то какие: "памятные ребята", "елейная встреча". Кроме как оскорблением и известных литераторов, и собравшихся на встречу с ними преподавателей и студентов, это не назовёшь. Во встрече участвовало более 800 человек, было задано более 200 вопросов, и очень острых. Вёл встречу ректор, член парткома, академик Н.В. Карлов. Уже при подготовке к этой встрече обнаружилось стремление некоторых лиц сорвать её. С этим связан и неблаговидный поступок А. Царёва. Он был схвачен за руку, когда дописывал авторучкой на объявлении о встрече фразу "Встреча организована сторонниками общества "Память". Но к этому моменту на объявлении уже красовалась и другая надпись: "Организует "Союз Михаила Архангела". Кроме того, здесь же, на фотографии писателя Василия Белова к его рукам был пририсован топор.7 Поступок А. Царёва подается С. Коршуновым сочувственно. Пишется, что А.Царёв получил за это выговор. Ничего подобного! Отделался лёгким испугом.

С. Коршунов пишет, что "Саша Царёв стал постоянным оппонентом заместителя секретаря парткома по идеологической работе профессора Б.В. Федосова". Я его таковым не считаю. Было 2-3 коротких беседы у меня с ним. Сидел, молчал. Со всем соглашался. Какой же это оппонент?

Статья С. Коршунова завершается демагогическим, никак не согласующимся с плюрализмом, выпадом в адрес проректора М.Т.Новикова за взгляд, выраженный последним в журнале "Огонёк". Человеку с 45-летним партстажем, прошедшему трудный путь строительства социализма и всю войну от начала и до конца,8 он фактически отказывает в праве иметь своё мнение. Да ещё к этому приплетает выдуманные звонки в комитет комсомола. Это чистейшей воды выдумка. Никаких таких звонков не было, утверждает секретарь комитета комсомола А.Князев.

Таким образом, приёмы при составлении статьи использовались недостойные. И поэтому статья "О плюрализме мнений" не может принести пользы людям, делу".

"М-да-а, - почесал лоб Арсений. - Принесла таки пользу, принесла; тем, кто использовал комсомольско-молодёжную газету, организуя эту статью. Впрочем, они уже тогда наступали широким фронтом. Данная статья только выполняла одно из множества их заданий".

Прочтя тогда статью в "Комсомолке" и ответ на неё в "За науку", Арсений пошёл в Физтех искать Бориса Васильевича, с которым до того не был знаком лично.





1. Как это могут "устареть" принципы?

2. Федосов тоже доктор исторических наук. Но об этом не упоминаете.

3. Сегодня каждый мыслит "инако" от другого: в обществе хаос. Что же тут "прекрасного"?

4. Ну, сегодня "ясно, какую "правоту" отстаивал заместитель секретаря комитета комсомола. (Арсению вспомнился случай. В городскую школу бокса пришли новички, десятилетние пацаны; один стал доказывать тренеру, мастеру спорта, что он-де не так тренирует; пацан насмотрелся чего-то о боксе по телеку; плюрализм действовал).

5. ?!

6. Эти абитуриенты-вундеркинды, которым политика всегда была "до лампочки", читали "Огонёк"?!

7. Если б знал, кто рисовал, что В. Белов - ярый антисталинист.

8. И тем не менее остался сталинистом.



на оглавление
на главную
читать дальше


Rambler's Top100

Сайт создан в системе uCoz